ЕЦБ потерял контроль над процентными ставками

The flag of Europe is pictured in front of the ECB headquarters in Frankfurt

Как правило, при высоких процентных ставках вкладчики радуются, а заемщики выражают недовольство. Когда же процентные ставки банков уменьшаются, вкладчики несут убытки, а должники довольно потирают руки. То есть ситуация меняется на противоположную. Однако с недавнего времени наблюдается недовольство с обеих сторон: для вкладчиков ставки кажутся низкими, а для заемщиков — высокими. К примеру, в Италии и Испании процент по кредитам для малых предприятий намного выше тех, что установлены Европейским центральным банком (ЕЦБ), так же, как и ставки для вкладчиков. Наблюдается несоответствие между “политической” ставкой ЕЦБ и ставкой для кредитования реальной экономики.

При этом ЕЦБ мог реально рассчитывать только на один инструмент — краткосрочные процентные ставки. И когда десять лет назад Европейским центральным банком была снижена своя ставка на полпроцента, то ровно настолько же упали ставки кредитования для предприятий. Когда банк в период между 2005 и 2007 годом ужесточил свою политику (ставка ЕЦБ выросла с 2% до 4%), то ставка кредитования предприятий тоже выросла на такую же величину, то есть с 4% до 6%. Эта разница между политикой и рыночными процентными ставками означала, что ЕЦБ предвидел, как его решения будут кореллировать с процентными ставками, которые влияют на производительность и инфляцию.

Не для всех было очевидно, почему на протяжении нескольких лет Федеральный резерв и Банк Англии использовали краткосрочные процентные ставки в качестве политического инструмента. Однако экономисты обратили внимание на то, что вину за период и масштаб влияния процентных ставок нельзя возлагать исключительно на потребление, инвестирование или обменные курсы.

Недостающим звеном стало то, что председатель ФРС Бен Бернанке, который в те годы работал в Принстонском университете, и Марк Гертлер из Нью-Йоркского университета в одной из публикаций в 1995 году назвали “черным ящиком”. Экономистам известна формула о том, что повышение цен сокращает спрос, но одновременно увеличивает предложение. Однако Бернанке и Гертлер заметили, что при росте ставок предложение кредита может падать. И одной из причин может быть особенность банковского кредитования.

Она заключается в том что когда Центробанк повышает свои процентные ставки, растет и доход от государственных облигаций. При этом, когда дебиторы покупают облигации, банки теряют вклады. Чтобы ликвидировать разницу, банки вынуждены обращаться к другому, более дорогому источнику финансирования: брать кредиты на оптовых рынках. Естественно, что их собственные расходы при этом увеличиваются, поэтому и сами банковские займы становятся более редкими и/или дорогими. Подобная практика тормозит экономику, поскольку финансовые затраты заемщиков, которые зависят от банков, тоже растут. Когда же Центробанки сокращают свои ставки, то процесс становится противоположным.

Указанные выше авторы обратили внимание на то, что канал банковского кредитования не всегда выдерживает натиск обстоятельств. Он подходит исключительно для тех банков, которым не хватает клиентских вкладов. Поскольку этот канал он работает лишь благодаря росту стоимости финансирования банков, так как они берут на себя больше оптовых обязательств. Азиатские банки на эту роль не подходят, потому что у них объем депозитов превышает займы. Такая ситуация подходит только для тех стран, где предприятия целиком зависят от банковских займов. И если какие-то предприятия могут получить финансирование через рынки капиталов, то такой канал становится гораздо менее эффективным.

Описанная ситуация является характерной в наше время для Еврозоны. Европейские банки выдают займы на сумму, превышающую объем своих депозитов, а возникшую в результате этого разницу вынуждены заполнять оптовым финансированием. Если верить последнему анализу МВФ, разрывы велики и для периферийных стран составляют примерно 40% от их общего объема финансирования.

Необходимо иметь ввиду, что в этой экономической области основополагающими являются малые и средние предприятия (SME), потому что на их долю приходится от 60% до 80% рабочих мест. Об этом говорят недавние исследования ОЭСР, межправительственной научно-исследовательской организации. Ситуация в Еврозоне зависит от банков, а эти банки полагаются в основном на рыночное финансирование. Подобным же образом финансовый сектор работает и в Великобритании.

Как правило, обычные инструменты Центробанков довольно эффективны. Но в сложившейся ситуации они могут и не сработать. Напомним, что в 2008 году в Еврозоне наметился спад. И тогда ЕЦБ снизил основную процентную ставку с 4.25% до 1%. Однако поскольку инвесторы были обеспокоены состоянием банков, они были вынуждены предлагать по собственным облигациям повышенную доходность. Это послужило противовесом ослаблению ЕЦБ, и ставки кредитования для предприятий хотя и снизились, но меньше обычного.

Во время кризиса евро в 2010 году влияние Европейского центрального банка на величину процентных ставок в Испании и Италии практически сошло на нет. В то же время доходность банковских облигаций выросла наравне со стоимостью кредитования их стран. Оказалось, что ЕЦБ уже не в состоянии был контролировать процесс. По причине изменений на финансовом рынке, которые были ему не подвластны. Снизились и предложения по займам. Кредитование производства в Италии и Испании снова стало проблемой. Одна из причин этого – слабый спрос. По мнению специалистов ЕЦБ, жесткие условия кредитования могут снизить годовой рост производства в Еврозоне примерно на 2%. Результаты недавних исследований МВФ и Банка Италии не радуют: низкое предложение кредита — серьезная проблема.

Туннель под Ла-Маншем

В свете вышесказанного ЕЦБ мог бы извлечь немало ценного из опыта Великобритании.

Когда Банк Англии с 2009 года держал политическую ставку на уровне 0.5%, стоимость кредитования оставалась по-прежнему высокой, а кредитование предприятий отставало.

Как только выяснилось, что одной из причин оказался дефицит кредитования, в 2012 году был предложен новый инструмент — схема финансирования банковских кредитов (FLS). Сначала банки отдали Центробанку свои активы, включая пакет займов для малых и средних предприятий. Зато взамен они получили сверхнадежные казначейские бумаги. И теперь в качестве обеспечения по кредитам банки могли предлагать эти надежные бумаги. Такой способ финансирования был признан дешевым, потому что банковские кредиторы получали надежные активы на случай банковского дефолта.

Дешевое финансирование выгодно для малых и средних предприятий, но их кредитование требует гораздо больших капитальных затрат, чем ипотека. Возникло опасение, что дешевое финансирование станет более доступным именно для тех, кто покупает жилье, а не для предприятий. Поэтому в апреле схема FLS была подкорректирована таким образом, чтобы достигнуть поставленной цели: финансовой поддержки именно малых и средних предприятий.

Ожидалось, что на очередном заседании 2 мая Европейский центральный банк снова сократит процентные ставки. Если бы он последовал примеру FLS, то смог бы контролировать канал банковского кредитования с обеих сторон. И таким образом напрямую устанавливать стоимость оптового финансирования, а также влиять на направление движения капитала. Для того, чтобы процентные ставки снова начали работать, такие меры просто необходимы, хотя и считаются нетрадиционными.

iInsider

 

Похожие статьи:

  1. ЕЦБ и Банк Англии продлили договор о своп-линии
  2. ЕЦБ установил самую низкую в истории ставку
  3. Как ЕЦБ будет спасать евро (план)
  4. Базель душит банки (ЕЦБ вступил в бой)
  5. ЕЦБ получит новые полномочия
  6. ЕЦБ будет блокировать слияние банков
  7. Драги: политика ЕЦБ останется без изменений
  8. ЕЦБ шантажирует Ирландию
Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 273 Spam Comments Blocked so far by Spam Free Wordpress

HTML tags are not allowed.

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha