Нейроменеджмент: секреты коммуникационных качеств лидера

Рассматривая схемы прокладки проводов, CIO не задумывается, что в его подчиненных тоже есть каналы и по нейронам бегут импульсы, от которых зависит производительность труда.

Нейроменеджмент (англ. neuromanagement) — новое научно-практическое направление на стыке нейробиологии, психологии и менеджмента. Нейропсихологи с помощью магнитно-резонансной и компьютерной томографии изучают связи и структуру головного мозга, психические процессы человека.

Один сотрудник «зависает», и вернуть его к нормальному ритму работы можно только угрозами. Другой от крика впадает в ступор и работает хорошо лишь при одобрении. Кому-то нужно поставить задачу — и объяснение деталей его раздражает, а его коллеги не смогут работать без детально прописанного маршрута. Если раньше директора удивляло, почему один метод прекрасно действует на одного работника и бесполезен в применении к другому, то нейроменеджмент обещает дать ответ.

Откуда ноги растут

Есть в истории точка, где психология и техника сошлись вместе. Это произошло в лаборатории итальянского анатома Луиджи Гальвани в 80-х годах XVIII века, когда он пытался воздействовать электрическим разрядом лейденской банки на отрезанную лапку лягушки. Мышца сокращалась. Гальвани также обнаружил, что мышца дергается, если к ней прикоснуться металлическими предметами без заряда. Он решил, что тело само по себе является источником электричества и назвал последнее «животным».

Алессандро Вольт в начале XIX века показал, что Гальвани ошибался: источником электричества была не мышца, а разные металлические предметы. Он сконструировал электрическую батарею, и далее эта история уже ушла далеко от нейроменеджмента, о котором вообще ничего не знали до открытия электроэнцефалографии. Историю с Гальвани вспомнили, когда компьютеры показали, как реагирует мозг и организм в целом на воздействие извне. И тут выяснилось, что анатом был на пороге великого открытия, но ему не хватило приборов измерения: по аксонам (отросткам нейронов) пробегали импульсы, как по электрическим проводам направленное движение электронов. Отличие состояло в том, что подсознательно или сознательно человек мог менять силу импульсов и реакцию — собственную или своего собеседника.

Эти наблюдения увлекли ученых, тем более что к ним подключились военные, потому что нейронаука сулила безграничную власть над человеком. У нейро­психологии возникли направления, совместные с информатикой. Появился коннективизм — использование искусственных нейронных сетей для моделирования когнитивных процессов. Прием использовался для создания моделей функционирования нейронов. Компьютер мог рассчитать эффект травм или болезней головного мозга, способы восстановления и развития нейронных сетей. Вначале создавались виртуальные нейронные сети — подобия реальных. Их «обучали» когнитивной задаче, потом ученые воссоздавали типовую травму и искали способ восстановления реакций.

Потом появился нейрокомпьютерный интерфейс (brain–computer interface) — программы для обмена информацией между мозгом и электронным устройством. Внешние устройства могут принимать от мозга и посылать ему сигналы.

НЕЙРОПСИХОЛОГИЯ ПОДТВЕРДИЛА ДЕЙ­СТВЕННОСТЬ ОДНИХ ПРИЕМОВ И УБЕЖДЕНИЙ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА И НИСПРОВЕРГЛА ДРУГИЕ КАК ВРЕДНЫЙ МИФ

Нетерпеливые инвесторы из мира бизнеса кричали: «Ну когда же?..», ожидая, что после этого им дадут приборчик дистанционного управления для быстрого доступа к мозгу персонала и потребителей. В одной из лабораторий серьезно изучалось, нельзя ли повесить в офисе какую-то таблицу, способную зомбировать работников на упорный труд и панический страх воровства.

Казалось, уже завтра директор будет приходить в офис, открывать программу электронного документооборота и отчетности, а заодно врубать на полную мощность рубильник производительного труда своего персонала с вживленными чипами, подкручивать активность их лобных долей, ответственных за сообразительность и решение сложных задач. И при этом выключать активность части мозга, называемой Locus Coeruleus (скопление «норадреналиновых нейронов», ответственных за регуляцию сна, настроения и потребности в поощрении).

Ученые уверяли, что исследования в самом разгаре, — и такая ситуация длится не один десяток лет. Но некоторые практические завоевания все же имеются. Секретные службы получили детекторы лжи, регистрирующие неискренность даже без подключения подозреваемого к проводам и датчикам. Большую выгоду исследования принесли нейромаркетологам. Рекламисты, изу­чая подсознательные реакции мозга целевой аудитории на конкретные объекты, получают четкие ответы. Отвечая на вопрос «Какой из товаров вы купите?», потенциальные покупатели выбирали понравившийся вариант упаковки. Электроэнцефалограмма указывала особенно по­нравившиеся детали, выделяла элементы, максимально влияющие на положительные нейронные реакции. У рекламистов появились возможности перейти от интуитивного творчества к точным формулам коммерческого успеха. Кстати, выяснилось, что форма логотипа компании и оформление офиса могут способствовать некоторому увеличению трудовой мотивации.

«Нейромаркетинг — это всего лишь высокоточное аппаратное тестирование неосознанных человеческих реакций на любой визуальный объект, этикетку, рекламный ролик или дизайн сайта», — предупреждает Николас Коро, главный куратор Исследовательского Центра Брендменеджмента и Брендтехнологий.

Мелкоскопные приемы

Использование нейроменеджмента оказалось сложнее. Даже одна и та же фраза приказа способна вызвать разные отклики сотрудников в зависимости от десятка факторов — и не только личных установок, но и многообразных обстоятельств.

Ведущий научный сотрудник кафедры нейро- и патопсихологии факультета психологии МГУ Юрий Микадзе говорит: «Человек — это организм, и в то же время человек — это личность. Личностью он становится только в общении. Это уже социальный уровень, на котором человек рассматривается как звено большой социальной структуры. Личность человека не сводится к психическим процессам».

Пока единственный ощутимый результат нейропсихологии для управления — это понимание, что в управлении персоналом не будет одной простой кнопки. Если CIO хочет стать «нейроменеджером», ему придется узнавать о нейронных процессах; при этом на сегодня нейроменеджмент — не стройная теория, а собрание огромного количества разных фактов о работе мозга, причем большинство представляет малополезные в управлении данные лабораторных наблюдений такого типа: «Нейронная РНК вызывает изменения в окружающей лигодендроглии, в результате чего начинается химический процесс между нейроном и глией, характеризующийся реципрокными отношениями изменений нейронной и глиальной концентрации РНК и множества метаболитов» (из данных исследования профессора Стэнфордского университета Карла Прибрама об обратимости структурных изменений и перезаписи памяти).

Но некоторая часть собранной нейропсихологами информации легла в основу нейроменеджмента и действительно полезна управленцу для тонкой настройки своей работы. Если, конечно, он готов инициировать собственный «химический процесс между нейроном и глией», а проще говоря, забивать память данными. Например, о том, что левши (15% населения), даже переученные пользоваться правой рукой, более способны к инновационной творческой работе и коммуникациям, легче осваивают новые языки, в том числе языки программирования.

Исследования мозга показали, что, в частности, скорость установления нейронных связей, скорость мышления закладывается с детства — и определяющими факторами являются наследственность, воспитание, образование, образ жизни, пол, возраст, привычки, система внутренних убеждений и целей. Многим начальникам кажется, что быстро соображающий человек пригоден для любой работы. При этом обладателя самой высокой скорости нейронных связей нельзя долго использовать на рутинной работе или проверке мелких деталей.

ИННОВАЦИИ В ТЕХНОЛОГИЯХ — ЭТО ТАКЖЕ ИННОВАЦИЯ «СЕРОГО ВЕЩЕСТВА». ОРГАНИЗМ ДОРАЩИВАЕТ НЕЙРОНЫ ПРИ ИЗМЕНЕНИИ УСЛОВИЙ РАБОТЫ И НЕОБХОДИМОСТИ АДАПТАЦИИ. НО ВО ВРЕМЯ ЭКСПЕРИМЕНТОВ БЫЛО ОТМЕЧЕНО ОДНО ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ УСЛОВИЕ: НА ПЕРВЫХ СТАДИЯХ РАЗВИТИЯ МОЗГ ЗАПИСЫВАЕТ ВСЕ ПОДРЯД, ЗРЕЛЫЙ ЖЕ — ТОЛЬКО ТО, ЧТО СВЯЗАНО С МОТИВАЦИЕЙ

Несколько ускорить скорость мышления могут сбалансированное питание и высокий ритм работы. Обучение дает кратко­временный импульс. А стрессы (к ним относится угроза начальства или резкая смена ритма работы в приказном порядке) имеют еще меньшее значение для увеличения скорости мышления, чем обстановка в офисе (даже окраска стен, температура, уровень шума и освещенность).

Нейропсихология объяснила, почему от резкого административного нажима одни сотрудники ускоряют работу, а другие впадают в ступор. Разница заложена в подсознательной реакции, срабатывающей автоматически от избытка адреналина в случае опасности: «сражаться» или «прятаться». Это значит, что использовать во время аврала и кричать можно только на тех, то готов сопротивляться. Способность к деятельности «убегающего» персонала при превышении стресса блокируется. Нейробиология также объяснила, почему компьютерщики так любят работать по ночам. Они объясняют это тем, что «ночью никто не мешает». На самом же деле погружение в решение сложной задачи вызывает длительное возбуждение лобных долей; это мешает включению регуляции сна в части Locus Coeruleus.

Нейроменеджмент придал новый импульс развитию гендерного менеджмента (управлению с учетом пола).

Особенно полезными оказались данные нейропсихологии для реабилитации дислектиков (они оказались рекордсменами по скорости мысли) и избавления лучших кадров от эффекта «выгорания». Исследования людей с помощью МРТ и других средств велись в основном ради восстановления после травм и лечения нейропатии. И хотя «выгорание» к нейропатии не относится, но полученные данные о сбоях нейронных процессов, во-первых, сняли обвинения с профессионалов, которые потеряли интерес к работе и получили из-за этого незаслуженные ярлыки «зазнавшихся», а во-вторых, помогли найти средство восстановления.

В частности, HR-менеджеры и опытные руководители знают, что у уставшего от бесконечной работы профессионала наблюдается эмоциональное расстройство, связанное с выводом «Меня не ценят», часто совершенно неоправданным. Такой человек и сам обесценивает свои достижения. Нарастает обидчивость и подозрительность. К подобному состоянию часто приводит хронический недостаток сна, нередкий «пунктик» образа жизни увлеченного работника. Даже если корпорация не заставляет его работать по 20 часов в день, он сам изнашивает собственные нейронные сети из-за глубокого и постоянного погружения в работу.

Как раскинуть сети шире

Нейропсихология подтвердила действенность одних приемов и убеждений человечества и ниспровергла другие как вредный миф.

Много лет в компаниях бытовало убеждение: «Услышал — запомнил 10%, увидел — запомнил 30%, попробовал — запомнил все и на всю жизнь». Видеокурсы считались низкоэффективными. Исследование показало, что у наблюдателя в нейронных сетях пробегает сигнал, сходный с сигналом его коллеги, который занят производственной операцией. За эту работу отвечает особый вид нервных клеток — «зеркальные нейроны». Они определяют способность имитировать приемы, изучать языки и приобретать новые комплексные умения.

С точки зрения ученых, открытие зеркальных нейронов стало основой для теории ума (Theory of Mind). Изучая макак, ученые установили, что не так важно, выполняет ли обезьяна какое-то действие самостоятельно или только наблюдает, как его выполняет кто-то другой: импульсы проходят по одним и тем же нейронным путям. У людей был найден такой же тип нейронов, «отзеркаливающих» и записывающих новые действия так, словно человек их лично совершил. И только система ограничивающих убеждений («Ой, я ж не пробовал, я не могу») сдерживает индивидуума от того, чтоб повторить действие.

Если сотрудник компании хотя бы пару раз видел, как коллега что-то делал, но отказывается повторить под предлогом, что его лично этому делу не обучали, нужно установить причины саботажа. Нейробиологи заметили, что у человека во время просмотра незнакомого действия работает также и лобная кора, которая отвечает за комплексные действия и улавливает намерения. То есть человек способен не только повторить, но и адаптировать увиденный прием и улучшить его технологию, связать с уже известными ему.

В компании Rittal для обучения установщиков универсальных стоек применяется специально подготовленный учебный фильм с демонстрацией всего процесса — и, как показывает практика, после просмотра работники отлично справляются со сборкой.

НЕЙРОМЕНЕДЖМЕНТ НЕ ДАЕТ УНИВЕРСАЛЬНОГО ДОСТУПА К МОЗГАМ ПОДЧИНЕННЫХ, НО ПОМОГАЕТ ПОНЯТЬ МЫСЛИТЕЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ

Нейробиологи Роуз, Мейлис и Бейкер разрушили еще пару старых убеждений: «Нервные клетки не восстанавливаются» и «Старую собаку не научишь новым трюкам». Поставив опыты, они еще в 1961 году заявили: «Рост волокон возможен и в зрелом мозге, если для этого есть благоприятные условия». Причем рост этот возможен именно из-за освоения новых навыков.

Инновации в технологиях — это также инновация «серого вещества». Организм доращивает нейроны при изменении условий работы и необходимости адаптации. Но во время экспериментов было отмечено одно обязательное условие: только в детстве на первых стадиях развития мозг записывает все подряд, зрелый же — лишь то, что связано с мотивацией.

Стэнфордский исследователь Карл Прибрам добавляет: «Перекодирование, переучивание — удивительно мощный адаптивный и конструктивный инструмент, которым пользуется организм, чтобы действовать во внешнем мире и воздействовать на него. Формы перекодирования нейронов для использования новой информации, которые возможны в нервной системе, фактически безграничны». То есть клетки нашего мозга — не одноразовые диски памяти, а флешки, но кодом доступа к форматированию и перезаписи является ответ на вопросы «Зачем?», «Каковы будут последствия?», «Какая польза для меня?».

Для применения методов нейроменеджмента руководителю нужно вначале изучать особенности поведения своих подчиненных и данные исследований. К сожалению, весьма разрозненные. Книги в основном были написаны для создателей компьютерных моделей нейронных сетей и медиков. CIO не найдет учебников, четко структурирующих информацию для руководителя. Магнитно-резонансная диагностика коллектива тоже не предполагается. Первые исследования требовали вживления нейронов в череп подопытных животных или изучения срезов, позже — разработок математических моделей и компьютерных программ. Для диагностики человека создана система невербальных и вербальных тестов с учетом нейролингвистических особенностей разных типов. Но, может быть, это обновит его собственную нейронную систему.

Новое — хорошо забытое старое

Возможно, вы уже использовали приемы нейроменеджмента, не осознавая этого. Сегодня нейропсихология подтверждает эффективность многих старых приемов.

МАГИЧЕСКОЕ ЧИСЛО ПОДТВЕРЖДЕНО НЕЙРОНАУКОЙ. Говорят, что городские телефонные номера столиц были длиной в семь цифр, потому что наблюдения показали: именно семь цифр — это максимум, который большинство людей могут запомнить без ошибок — встроить в память.

Число Миллера — ментальная формула, обнаруженная американским психологом Джорджем Миллером, согласно которой кратковременная человеческая память, как правило, не может запомнить и повторить более 7 ± 2 элементов. Миллер провел исследования памяти операторов в лаборатории корпорации Bell. Кратковременная память человека способна запоминать в среднем девять двоичных чисел, восемь десятичных, семь букв алфавита и пять односложных слов. Муравьи способны запоминать и передавать сообщения длиной до семи бит.

ТРОЙКА, СЕМЕРКА, ТУЗ. Десять и более знаков можно запомнить, если равномерно разделить дефисами на группы из 3–5 цифр. Дробление кода на группы цифр создает ритм и иллюзию, что речь идет о простых числах.

Самая любимая цифра для нейронов — тройка. Сообщая сложную информацию, делите ее каким-то образом на три части, и данные запомнятся лучше. Если сотрудник путается в исполнении, дайте ему задание, разделив его на три этапа. И повторите три раза.

Для людей использование чисел речи («десять правил», «пять шагов инструкции») — сигнал к усиленному вниманию, сложившийся, видимо, из-за того, что эти расчеты составляют важную часть жизни homo sapiens — анализ ресурсов и распределение благ.

ЧЕГО ИЗВОЛИТЕ? ЧЕРНОЕ ИЛИ БЕЛОЕ? Когда человек сообщает: «У меня есть для вас две новости — плохая и хорошая. С какой начать?» — он задействует у слушателей гораздо больше нейронных связей, чем при простом перечислении информации. Большая активность мозга слушателей вызвана эмоциональным контрастом сообщения, а также тем, что аудитории позволено влиять на разговор. Совершая выбор, человек более вовлечен в дальнейший разговор и внимателен, даже если это выбор по такому мелкому поводу.

Автор: Елена Крюкова. Впервые опубликовано в журнале "CIO: руководитель информационной службы" № 12 за 2012 год.

ibusiness

Похожие статьи:

  1. Секреты успешной мотивации
  2. Секреты успешной презентации стартапа
  3. Секреты инвестиций Баффетта
  4. Секреты бизнеса издания The Times
  5. Олимпиада: финансовые тонкости и секреты
  6. Секреты торговли валютой (экономист Saxo Bank)
  7. Как похищают ваши деньги и секреты
  8. Что делать, если стало лень работать
Pin It

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

1 253 Spam Comments Blocked so far by Spam Free Wordpress

HTML tags are not allowed.

Перед отправкой формы:
Human test by Not Captcha